Крейсер «Marathon»  (1888 г)

Крейсер «Marathon» (тип «Medea») (1888 г) (Перейти к изображению)

Крейсер «Medea» (1888 г)

Крейсер «Medea» (1888 г) (Перейти к изображению)

Крейсера 2-го класса, заказанные в рачках про­граммы 1886/1887 и спроектированные Уайтом. Представляли собой несколько «урезанный» вари­ант типа «River», мало отличаясь архитектурой от прототипа. Вскоре после вступления в строй их пере­классифицировали в крейсера 3-го класса.

Толщина плоской части броневой палубы состав­ляла 25 мм, скосов — 51 мм. Горизонтальная плос­кость палубы проходила примерно на 30 см выше ватерлинии в полном грузу, внешние кромки скосов соединялись с обшивкой бортов в полутора метрах ниже ее уровня.

Три 152-мм орудия с каждого борта находились в спонсонах. Восемь 6-фунтовых (57-мм) пушек стояли на верхней палубе (четыре а районе миделя, по две — ближе к оконечностям), девя­тая — у кормового среза. В течение последнего десяти­летия XIX века крейсера пе­ревооружили на скорост­рельные 152-мм орудия.

Днища трех кораблей это­го типа, «Melpomene», «Magi­cienne» и «Marathon», были обшиты тиковыми плитами и листами меди для службы в тропиках. Их водоизмещение увеличилось с 2800 до 2950 тонн, ширина корпуса увеличилась с 12,54 до 12,8 метра, а скорость упала с 20 до 19,5 узлов. Кроме того, на них стояли гори­зонтальные машины типа «компаунд» (прямого дей­ствия), а на двух оставшихся крейсерах серии - вер­тикальные.

Последнее новшество стало поистине революци­онным: во-первых, вертикальные ПМ имели более высокий КПД, во-вторых, они занимали меньшую длину корпуса. Кроме того, они могли размещаться попарно (поперек корпуса) вместо прежней эшелон­ной схемы (одна машина ближе к носу, вторая — к корме).

Главным негативным следствием применения вер­тикальных машин стало то, что находившиеся выше ватерлинии цилиндры были уязвимы для снарядов противника, поэтому их пришлось защищать подни­мавшимся над защитной палубой овальным брони­рованным гласисом (или даже колпаком). Это устроиство впоследствии приме­нялось на многих крейсерах вплоть до введения паровых турбин.

На сдаточных испытаниях ни один корабль не смог раз­вить проектной скорости хо­да, едва набрав 19 узлов, кро­ме того, мореходность и хо­довые качества в океане ока­зались посредственными.

Открытая верхняя палуба в центральной части корпуса в сочетании с низким фальш­бортом сделала крейсера «мокрыми» настолько, что их избегали выводить в море при большой волне. С целью снижения залива­емости в задней части полубака был установлен вол­ноотводный щиток; такая же мера была предприня­та в отношении пары носовых 152-мм орудий {то есть конструкторы еще на стадии проектирования знали о будущих изъянах своих детищ).

Стоит добавить, что моряки постоянно жалова­лись как на плохую обитаемость кораблей вообще, так и на тесноту кочегарок в частности — это край­не затрудняло обслуживание котлов. Словом, ком­плекс всех недостатков сделал крейсера типа «Medea» неудачными и малобоеспособными. Тем не менее, служили они довольно долго: три крейсера были сданы на слом в 1905, «Medea» в 1914.

«Medusa» в 1910 стал блокшивом, в 1914-1918 использовался в качестве опытового судна в Бантри. Продан на слом в 1920.

0
Ленты новостей