Бой у острова Лисса 20 июля 1866 г.

Битва при острове Лисса

Битва при острове Лисса. На переднем плане — тонущий «Re d'ltalia»; в центре — австрийский линейный корабль «Kaiser», потеряв бушприт и фок-мачту, ведет бой с итальянским линейным кораблем «Re di Portogallo» (Перейти к изображению)

Контр-адмирал Тегетгоф

Контр-адмирал Тегетгоф (Перейти к изображению)

В 1866 году Италия решила воспользоваться вой­ной между Пруссией и Австро-Венгрией, чтобы от­торгнуть у последней Венецианскую область. С этой целью итальянцы вступили в союз с Пруссией и 20 июня объявили войну Австро-Венгрии. Но через че­тыре дня после ее начала австрийские войска наголову разгромили итальянскую армию в сраже­нии при Кустоце. Тогда, чтобы как-то сгладить удру­чающее впечатление от этого поражения, итальян­ское правительство решило провести «небольшую победносную операцию» на море: захватить остров Лисса возле далматинского побережья.

16 июля 1866 года итальянская эскадра в соста­ве 11 броненосцев, 5 фрегатов и 3 канонерских ло­док под командованием вице-адмирала Карло Пер­сано вышла из Анконы. Она должна была высадить десант и захватить остров Лисса, где находилась ук­репленная база австрийского флота. Ее защищал трехтысячный гарнизон при 88 орудиях.

По плану Персано намечалось атаковать остров с трех сторон. Отряд контр-адмирала Вакка должен был обстрелять береговые укрепления в бухте Ко­мижа, отряд адмирала Альбини — высадить десант в бухте Руковац, а главные силы Персано направил к бухте Вис. Канонерские лодки получили приказ пере­резать подводный кабель, который соединял остров с материком, и тем самым лишить гарнизон возмож­ности сообщить о нападении противника.

18 июля итальянская эскадра подошла к Лиссе и приступила к решению поставленной ей боевой зада­чи. Однако в ходе двухдневных боев десант высадить так и не удалось. Высоко расположенные укрепления острова оказались почти недосягаемыми для огня корабельной артиллерии, гарнизон стойко сопротив­лялся. Израсходовав большое количество боеприпа­сов, итальянцы не добились никаких успехов. К тому же телеграфный кабель они пе­ререзали с опозданием, и вот-вот следовало ожидать появле­ния австрийской эскадры.

В ожидании подхода про­тивника, 20 июля Персано вы­строил девять броненосцев строем фронта в 15 милях к се­веру от острова. Строй был развернут на северо-запад: от­туда предполагалась угроза. Два броненосца задержались в бухте Комижа и подошли поз­же. Броненосец «Formidabile», пострадавший от огня берего­вых батарей, ушел в Анкону. Но зато перед самым боем к эска­дре Персано присоединился новейший броненосец-таран «Affondatore», только что всту­пивший в строй. Поскольку все остальные итальянские броне­носцы представляли собой де­ревянные корабли с прикрепленной к бортам броней, Персано возлагал большие надежды на мощь нового корабля. Небронированные корабли под командованием Альбини заняли позицию меж­ду островом и линией броне­носцев.

Около 10 часов утра на го­ризонте показалась австрий­ская эскадра контр-адмирала Тегетгофа — 7 броненосцев, 7 небронированных кораблей и 7 канонерских лодок. Австрий­цы шли в строю клина тремя линиями, первую из них со­ставляли броненосцы. План Тегетгофа заключался в том, чтобы прорезать строй кораб­лей противника и атаковать превосходящими силами сла­бейшую его часть. Он прика­зал вести артиллерийский бой на коротких дистанциях, сосре­доточенными залпами, и тара­нить итальянские корабли. Ис­пользованию тарана адмирал придавал решающее значение. «Когда начнется бой, — инструктировал он своих капитанов, — вы должны таранить все, что будет окрашено в серый цвет». Неброненосные авст­рийские корабли должны были действовать против безбронных кораблей Альбини.

В связи с тем, что австрийская эскадра появи­лась с севера, а не с северо-запада, как ожидалось, Персано перестроил свои броненосцы в кильватер­ную колонну и пошел наперерез курса противника. При этом в боевом строю итальянских броненосцев возник большой разрыв между авангардом и цент­ром, так как Персано в 10.15 перешел с «Re d'ltalia» на «Affondatore». Однако он не сообщил командирам кораблей о переносе своего флага, поэтому за сиг­налами с «Affondatoree» никто не следил. Так с само­го начала боя итальянская эскадра оказалась факти­чески без управления.

В 10.45 австрийские броненосцы открыли огонь, прорезали строй итальянской эскадры в месте ее разрыва и сосредоточенными силами атаковали ко­рабли центра.

Это первое после Трафальгара генеральное сра­жение в открытом море перечеркнуло все сложивши­еся тактические каноны и стало эпохальным событи­ем для военно-морского искусства и кораблестрое­ния на несколько последующих десятилетий.

Вместо строгих кильватерных линий эскадры противников свалились в кучу, где каждый командир сам выбирал себе цель. Несмотря на беглый огонь с предельно малых дистанций, устаревшие дульноза­рядные пушки австрийцев не пробивали относитель­но слабую броню неприятеля, а современная италь­янская артиллерия оставляла лишь вмятины на от­личной броне кораблей Тегетгофа. И тогда австрийцы применили свое главное оружие — таран.

В 11.20 флагманский броненосец Тегетгофа «Erzherzog Ferdinand-Max» на скорости 11,5 узлов врезался в деревянный борт «Re d'ltalia». Правда, маневренность «утюгов» была такова, что «Максу» удалось совершить таран лишь с третьей попытки, когда у противника вышло из строя рулевое устрой­ство. Это и неудивительно: флагман австрийцев на полном ходу имел огромный диаметр циркуляции — 1260 метров! Через три минуты после столкновения итальянский броненосец скрылся под водой вместе с 450 членами экипажа. Вскоре от артиллерийского ог­ня загорелся, а затем взлетел на воздух другой ита­льянский броненосец — «Palestro». Ни итальянский авангард, ни корабли Альбини не оказали поддержки кораблям центра и арьергарда.

В 12.30 бой закончился. Из-за слабой подготовки экипажей, отсутствия четкого плана действий и дез­организации управления итальянцы, несмотря на значительный перевес, — 645 орудий против 532 — потеряли два своих броненосца, не причинив против­нику почти никакого ущерба (относительно серьез­ные повреждения получил лишь деревянный авст­рийский линкор второй линии «Kaiser»). Достаточно сказать, что из 658 моряков, погибших в этом бою, 620 были итальянцами.

Командующий итальянской эскадрой адмирал Персано, деморализованный потерей двух броненосцев, поспешил отступить, хотя по-прежнему имел численный перевес. Общий неблагоприятный для итальянцев итог боя усугубился еще и потерей «Affondatore», который по прибытии в Анкону затонул на рейде во время шторма. В результате итальянский адмирал оказался на скамье подсудимых.

Тегетгоф не стал преследовать противника и на следующий день привел свою эскадру в Полу, где его ждал восторженный прием. Ему было суждено при жизни стать национальным героем. Ведь он заста­вил всех признать сухопутную Австро-Венгрию еще и морской державой.

Главным результатом для морской тактики после Лисского сражения стало возвеличивание таранного удара. Общее признание получила концепция броне­носца-тарана, как главного оружия боя. Несмотря на то, что калибр артиллерийских орудий непрерывно увеличивался, они еще долго проигрывали броне в соревновании, возникшем между средствами напа­дения и защиты.

0
Ленты новостей