Использование французских броненосных батарей

Броненосная батарея типа Devastation (1855 г)

Французская броненосная батарея типа «Devastation» (1855 г.) (Перейти к изображению)

Пушка броненосной плавбатареи 60-х

Пушка броненосной плавбатареи 60-х гг. (Перейти к изображению)

Дюпюи-де-Лом, ставший к тому времени главным строителем французского флота, смог, наконец, осу­ществить свой проект. В этом ему сильно помогла Крымская война 1853—56 гг. Протестуя против «вы­теснения» дерева с линейных кораблей, морское ве­домство Франции и сам император Наполеон III (пра­вил в 1852—70 гг.) не возбраняли опытов со «вспо­могательными» судами. Проведенные в Венсенне ис­пытания стрельбой железных плит дали, наконец, благоприятные результаты. С учетом их результатов, 5 сентября 1854 года император приказал начать по­стройку пяти броненосных плавучих батарей — «Devastation», «Lave», «Tonnante», «Foudroyante» и «Congreve».

Это были неуклюжие деревянные корабли водо­измещением около 1800 тонн, обшитые полосами сварного железа толщиной 110 мм и вооруженные шестнадцатью 195-мм пушками, располагавшимися по двум сторонам батарейной палубы. Палубу покры­вали сверху листы железа толщиной 25 мм. Первона­чально предполагалось, что батареи будут ходить под парусами, а паровая машина мощностью 225 л.с. ста­нет использоваться только как вспомогательный дви­гатель. Однако на ходовых испытаниях броненосные батареи настолько плохо управлялись под парусами, что полное парусное вооружение пришлось заменить двумя легкими складывающимися мачтами. Трубы и другие выступающие части сделали убирающимися перед боем внутрь корпуса.

Поначалу эти плавбатареи вызвали немало на­смешек и скептических замечаний. Утверждали, что система искусственной вентиляции не способна эф­фективно освежать воздух в броневом каземате, и команда погибнет от удушья уже после третьего зал­па. Доказывали, что батареи вообще не смогут пла­вать в открытом море, а если они и не утонут, то ока­жутся бесполезными в бою.

Действительно, мореходные качества новых ко­раблей оставляли желать лучшего: они плохо управ­лялись и не могли развивать скорость более 4 уз­лов. Первые три батареи, успевшие вступить в строй до окончания Крымской войны, прибыли на Черномор­ский театр боевых действий на буксире.

Французский адмирал Брюи (Bruix) решил использо­вать «Devastation», «Lave» и «Tonnante» против русской бе­реговой крепости Кинбурн. Она включала в себя квадрат­ный форт с бастионами, круго­вую батарею и небольшое зем­ляное укрепление на западной оконечности длинной песчаной косы. Крепость находилась в горловине Днепровского лима­на, напротив крепости Очаков. Орудия Кинбурна держали под прицелом протоку, по которой англичане и французы намеревались провести свои корабли в лиман, чтобы подняться по Днепру.

Операция была назначена на утро 17 октября 1855 года. За два дня до атаки войска интервентов, высадившись на косе восточнее Кинбурна, отрезали его от русских войск. После этого их парусные линей­ные корабли, став в море на расстоянии километра от берега, взяли на прицел главный форт, а фрегаты, корветы и канонерские лодки — круговую батарею и земляное укрепление. В двух с половиной верстах от берега расположились бомбардирские корабли.

В 9 часов утра в бой пошли три необычных неук­люжих корабля — броненосные батареи. Они мед­ленно приблизились к Кинбурнской косе и в 9.30 от­крыли огонь. Их поддержали стоявшие в отдалении другие корабли англо-французской эс­кадры, после этого заговорили пушки русских укреплений.

В ходе перестрелки русские батареи понесли большие по тем временам потери. После трехчасового обстрела были разбиты 29 из 62 пушек и мор­тир, повреждены брустверы и казематы, 130 человек были ранены, 45 убиты. Еще через час все было кончено: в 13.35 комендант Кинбурна капитули­ровал перед практически неу­язвимым противником.

Позже историк русского флота П.И. Белавенец отметил: «Хотя они принесли не больше вреда нашей Кинбурнской кре­пости. чем это могли сделать и небронированные суда, но са­ми-то они оказались почти не­уязвимыми для наших снаря­дов».

Действительно, броненос­ные батареи остались невре­димыми, хотя, к чести русских артиллеристов, «Devastation» получил 29 попаданий в борт и 35 в палубу, «Tonnante» — 55 попаданий в борт и 10 в палу­бу. Но весь этот меткий огонь оставил лишь десятки вмятин в железной броне французских батарей. «Devastation» потерял 8 человек, раненых осколкам, «Tonnante» лишь двух человек. «Всяческих успехов мож­но ожидать в будущем от этих изумительных машин вой­ны», — с энтузиазмом заклю­чил свой рапорт императору Наполеону III о кинбурнском сражении адмирал Брюи. Его слова стали своеобраз­ным напутствием для лихорадочного строительства броненосцев в течение последующих десятилетий.

0
Ленты новостей