«Admiral Graf Spee» (1939 г)

«Admiral Graf Spee» (1939 г.) (Перейти к изображению)

«Карманный линкор» «Deutschland»

«Карманный линкор» «Deutschland» (Перейти к изображению)

Башня главного калибра «Deutschland»

Башня главного калибра и надстройка «Deutschland» (Перейти к изображению)

«Admiral Graf Spee» после подрыва

«Admiral Graf Spee» после подрыва (Перейти к изображению)

Создавая свой «Deutschland», немцы исходили из того, что новый корабль в первую очередь будет ис­пользоваться на коммуникациях в качестве рейдера.

Действия в 1914—16 гг. германских легких и вспомогательных крейсеров против британского судо­ходства наглядно показали, что слабое вооружение не оставляет им шансов при встрече с серьезным противником. Поэтому «Deutschland» должен был быть сильнее любого тяжелого крейсера и быстро­ходнее любого линкора.

В германском флоте новые корабли официально классифицировались как броненосцы (panzerschiffe). Фактически это были тяжелые крейсеры, но из-за мощной артиллерии главного калибра (280-мм орудия в сравнении с 203-мм пушками «вашингтонских» крей­серов) англичане называли их «карманными линкора­ми» (pocket battleships). При весьма ограниченном во­доизмещении они получили хорошее вооружение, при­личную защиту и огромную дальность плавания.

Разработкой проекта руководил инженер Пауль Прессе. Заказ на «броненосец А» был выдан 17 авгу­ста 1928 г., официальная закладка состоялась в сле­дующем году. Достройка на плаву длилась два года.

Будущие «Admiral Scheer» и «Admiral Spee» были заказаны в начале 1931 г. Стапельные работы заняли столько же времени, как на головном корабле, но до­стройка на плаву происходила вдвое быстрее.

Корпуса «карманных линкоров» создавались с ши­роким применением электросварки, на основе новых технических решений. Наиболее критическим факто­ром являлся вес, поэтому пришлось предусмотреть все возможные меры для его снижения.

«Deutschland» имел надстройку в виде традицион­ной для немецкого флота большой трубы, внутри кото­рой проходили кабели связи, ведущие к мостику и дальномерному посту. С боков и спереди к этой трубе были прикреплены несколько мости­ков и рубок. Остальные надст­ройки свели к минимуму. Такая схема оказалась не слишком удачной. Сильная вибрация от работы дизелей на полном ходу делала бесполезным пост уп­равления огнем на топе. В не­большие надстройки не вмести­лись все помещения, необходи­мые для управления кораблем и его боевыми частями.

Поэтому на двух следующих кораблях труба уступила место башенноподобной надстройке, перед которой появилась зна­чительная по объему надстрой­ка обычного типа. Однако виб­рацию приборов не удалось пол­ностью устранить и в этой кон­струкции.

В конце концов, ради устра­нения лишнего «верхнего веса» на «Admiral Scheer» в ходе мо­дернизации 1941 г. установили примерно такую же трубу, как у «Deutschland», но с другим рас­положением мостиков.

Мореходность «броненос­цев» оказалась вполне доста­точной для действий в океане, однако почти прямой форште­вень и плоская палуба в носо­вой части приводили к сильно­му заливанию носовой части при движении против волны в свежую погоду. Положение уда­лось улучшить в ходе модерни­зации 1944 г., когда форштевни «Admiral Scheer» и «Lutzow» приобрели характерную «крей­серскую» форму.

Система бронирования яв­ляется одной из наиболее инте­ресных характеристик этих свое­образных кораблей. Она не имела аналогов среди зарубеж­ных крейсеров. Ее основными элементами являлись наклон­ный пояс, броневая палуба, верхняя и нижняя броневые пе­реборки.

Броневой пояс имел наклон 12—13,5 градусов нижней кромки вглубь корпуса. На «Deutschland» он состоял из двух слоев плит одинаковой ши­рины, полностью прикрывавших пространство между верхней платформой и броневой палубой, а также примерно половину межпалубного расстояния между броневой и средней палубой. Верхний слой состоял из 80-мм плит; его нижняя кромка была срезана та­ким образом, чтобы образовывался плавный переход к нижнему 50-мм слою. Указанную толщину пояс имел между шпангоутами 42—136, прикрывая всю энерге­тическую установку и часть погребов. Далее в нос и корму толщина верхнего ряда плит уменьшалась до 60 мм на протяжении остальной части хранилищ боеза­паса. В носу бронирование борта было чисто симво­лическим (18 мм), в корме составляло 30 мм.

Вниз от броневой палубы до второго дна парал­лельно поясу шла 45-мм броневая переборка. Выше броневой палубы на расстоянии примерно трети ши­рины корабля проходила верхняя броневая переборка (40 мм), располагавшаяся строго вертикально и до­ходившая до верхней палубы. Главная броневая палу­ба не опиралась на верхнюю кромку пояса и не име­ла скосов. Толщина палубы менялась, в зависимости от зоны, в пределах 45—15 мм. Верхняя палуба име­ла толщину 18 мм на всем протяжении цитадели.

Эта система обеспечивала хорошую для начала 30-х годов защиту, суммарно от 90 до 125 мм брони при комбинации горизонтальных и вертикальных пре­град. Столь мощной защиты не было ни у одного из «вашингтонских» крейсеров первого поколения, хотя, конечно же, никакого отношения к «линкорам» она не имела, обеспечивая безопасность жизненно важных частей корабля лишь от снарядов калибра до 152 мм.

Хорошую защиту получила артиллерия главного калибра. Башни имели форму сложного многогранни­ка. Большие углы наклона плит обеспечивали довольно высокую степень защиты. Лобовая плита равня­лась 140 мм, боковые 80—75 мм, крыша 105—85 мм. Все плиты были из крупповской цементированной стали. 150-мм пушки разместили в одноорудийных ус­тановках с 10-мм щитами. Броневое прикрытие полу­чили посты управления кораблем и артиллерией.

Схема бронирования пересматривалась на каж­дом последующем корабле серии: изменялась высота пояса, толщина броневых переборок и палуб, коррек­тировалось местное бронирование. В этом смысле «дойчланды» можно считать последовательными вариантами реализации одной и той же идеи. Наиболее защищенным стал последний, «Admiral Graf Spee». Основной же слабостью такой системы бронирования являлась горизонтальная защита, ахиллесова пята большинства кораблей крейсерского класса.

Зато вооружение (две трехорудийные 11-дюймовые башни и восемь 6-дюймовок в качестве среднего калибра) выглядело вполне как у «линкоров». Новая 280-мм пушка, с длиной ствола 54,5 калибра (15,26 м) и углом возвышения 40 градусов, могла стрелять 300-кг снарядами на дальность 230 кабельтовых (42,5 км)!

Заряжание осуществлялось при фиксированном угле возвышения 2 градуса. Практическая скорострель­ность достигала 2 выстр./мин. Несмотря на высокую начальную скорость (910 м/с), живучесть ствола была вполне удовлетворительной — 340 выстрелов полным зарядом. Боезапас составлял 315—360 снарядов на башню. Трехорудийная башенная установка была спе­циально разработана для новых броненосцев. Она имела горизонтальные углы наведения 145 градусов на борт. Общий вес башни составлял около 600 тонн.

15-см орудия с длиной ствола 55 калибров (8,25 м) стреляли 45,З-кг снарядами. Максимальная скорост­рельность достигала 10 выстр./мин., хотя на практике не превышала 5—7 залпов в минуту. Башенноподобные палубные установки имели большие углы обстре­ла, но внутри были тесными и неудобными и не защи­щали прислугу от крупных осколков. Боезапас был явно мал (100 снарядов на ствол).

Внешне внушительная, средняя артиллерия играла у «дойчландов» второстепенную роль. Для нее не создали даже отдельный пост управления огнем, что значительно снижало эффективность применения. В крейсерстве 15-см пушки служили для потопления транспортных судов, но это не оправдало выделенные для них вес и место, не говоря уже о сотне людей расчетов орудий и погребов. Предпочтительнее было бы иметь единый универсальный калибр.

Зенитная артиллерия «карманных линкоров» по­степенно улучшалась от корабля к кораблю. В момент ввода в строй «Deutschland» имел только три 88-мм зенитки образца 1914 г. В 1934 г. их заменили тремя спаренными новыми 88-мм пушками в установках с силовым приводом, стабилизированных в трех плос­костях. Для стрельбы из такого вполне современного орудия использовались унитарные патроны весом 15 кг с прежним 9-кг снарядом, но значительно увели­ченной начальной скоростью — 950 м/с. Однако кон­структоры не остановились на достигнутом, заменив позднее 88-мм орудия на более мощные 105-мм.

Кроме того, в состав вооружения включили восемь 37-мм автоматов в спаренных установках. Они распо­лагались попарно на крыльях командирского мостика и по бокам от кормового дальномерного поста, имели хорошие углы обстрела. В ходе войны автоматическое зенитное вооружение было значительно усилено.

Торпедное вооружение включало два 4-трубных аппарата, расположенных в кормовой части и при­крытых легкими щитами.

Авиавооружение включало катапульту и два гидро­самолета, однако обычно на борту находился лишь один самолет. Сначала использовались поплавковые «Не-60», затем их сменили «Ar-196». Самолеты за­метно расширяли возможности «карманных линко­ров» в качестве рейдеров, позволяя им обнаруживать торговые суда и возможных преследователей.

«Линкорный» статус кораблей подчеркивал не только калибр их орудий, но и система управления ог­нем, необычайно развитая для всего двух башен. Од­ними из первых они получили радары. Уже в 1937 г. «Deutschland» имел опытный образец локатора FuMG-39, замененный впоследствии более совершен­ным FuMO-22. «Spee» и «Scheer» сразу были обору­дованы такими радарами.

Все три корабля имели одинаковые дизельные ус­тановки фирмы MAN. В корпусе силовая установка занимала шесть отсеков, более трети его длины. 8 моторов группировались в четырех отсеках попарно, причем двигатели в носовых отсеках вращали правый вал, а в ближайших к корме — левый. Соединялись они при помощи зубчатых передач и муфт, размещав­шихся в отдельных отсеках. Главным достоинством дизельной установки являлась огромная дальность плавания. Еще одно важное преимущество — воз­можность быстрого набора скорости.

Однако нельзя забывать об отрицательных сторо­нах «военных теплоходов». Их высокооборотные дви­гатели производили неимоверный шум, настолько сильный, что на полном ходу у механиков неодно­кратно текла кровь из ушей, а офицеры в кают-кампа-нии общались между собой с помощью записок. Но если шум можно отнести к бытовым неудобствам, то значительная вибрация отрицательно сказывалась на боевых качествах — от тряски выходили из строя точ­ные приборы систем управления огнем и связи.

Оценивая проект в целом, можно сказать, что гер­манским конструкторам удалось создать выдающийся боевой корабль. Удачное сочетание очень мощной для сравнительно небольшого водоизмещения артил­лерии с достаточно высокой скоростью и неплохой за­щитой делали его весьма опасным противником для любого крейсера того времени.

Вступление в строй броненосца «Deutschland» совпало с приходом к власти Гитлера и превратилось в шумную пропагандистскую кампанию, призванную внушить обывателю, что возрождение германского флота началось с создания «лучших в мире» кораб­лей. В действительности эти утверждения были дале­ки от истины. Так, «дойчланды» уступали в скорости «вашингтонским» крейсерам в среднем 4—5 узлов. Кроме того, их полное водоизмещение значительно превышало декларируемые 10 тысяч тонн.

0
Ленты новостей